Стокгольмский синдром  - Эмилия Грин

– Я знал, что ты мне не откажешь! – сказав это, он вдруг широко по-мальчишески улыбнулся, а у меня внутри все напряглось.

Этвуду шла эта открытая жизнерадостная улыбка. Она буквально украшала его вечно надменное лицо.

– Что еще ты знал?! – спросила, делая глоток из маленькой фарфоровой чашки.

– Что ты придешь сегодня утром. Любопытство все-таки пересилило… Теперь ты сгораешь от нетерпения узнать, зачем я тебя похитил…

– Да, не буду отрицать. Я действительно хочу знать, что у тебя на уме?!

Себастьян сложил руки крестом на груди и опустил взгляд куда-то в пол. Он задумался. Кажется, прошло около минуты, прежде чем мужчина вновь посмотрел мне в глаза, а затем спокойно произнес.

– За всё в этой жизни приходится платить. Мой мозг не приспособлен для отдыха. Даже когда я нахожусь в состоянии сна, голова продолжает соображать, решая какие-то задачи. Но всё это не проходит бесследно. В последние годы я мучаюсь редкой болезнью – её медицинское название ничего тебе не скажет, говоря простым языком – я страдаю провалами в памяти.

Я удивленно захлопала ресницами, пытаясь понять, как всё это относиться к моему заточению. После небольшой паузы Себастьян продолжил.

– Пока это происходит довольно редко, раз в несколько месяцев… Затмения кратковременны и не доставляют мне особого дискомфорта. Я могу недосчитаться нескольких минут своей жизни. Например, сесть завтракать, а очнуться около остывшей тарелки, и я не помню, что творилось со мной в эти минуты: сидел я или стоял, куда-то выходил или оставался на месте… Но лечащий врач утверждает, что со временем, возможно уже через несколько лет, я могу совсем потерять память и превратиться в «овощ»… Не веселая перспектива, так ведь?! – полные губы мужчины сложились в красивую улыбку.

– Но наверняка это лечится?! – спросила, глядя на него растерянным взглядом. Этвуд не выглядел тяжело больным, и его признание меня потрясло.

– Увы и ах, в моем случае все очень не просто! Если только я сам не изобрету какую-нибудь чудодейственную микстуру, способную помочь моей памяти функционировать без сбоев. Но пока этого не произошло, я хочу написать книгу о событиях своей жизни – биографию! И ты мне в этом поможешь… – от его последней фразы мне вдруг стало не по себе.

– Как я могу помочь? Не понимаю?..

– Считай, в этом и будет заключаться твоя стажировка. Я буду делиться с тобой воспоминаниями из моего детства и юности, а ты будешь переносить эту информацию на компьютер и приводить в божеский вид. Кто у нас тут журналист? – Себастьян подмигнул, а затем пытливо прищурился.

– Как только книга будет закончена, я отпущу тебя, куда захочешь! Все документы о неразглашении ты уже подписала! – он не смог сдержать самодовольной ухмылки.

– Но ты ведь мог сразу попросить меня об этом и без похищения?! Ничего не понимаю…

– Александра, я и не прошу, меня понимать. Ты должна просто слушать всё, что я тебе говорю и выполнять это. Беспрекословно. Только моё мнение должно быть определяющим для тебя. Только меня ты должна слушаться. И ты не пожалеешь об этом. Поверь мне…

– Себастьян, это невозможно… Ты лишил меня свободы, я почти месяц проторчала без воздуха в этой долбанной комнате с розовыми обоями!!! Я соскучилась по маме… Отпусти меня! Я помогу тебе написать эту книгу, но прошу, отпусти меня домой!.. – прошептала с мольбой в голосе.

– Не могу. Я слишком сильно люблю воровать и получаю истинное удовольствие, зная, что ты находишься полностью в моей власти. Так интереснее. Хочешь обрести свою свободу – помоги мне с книгой! Неужели тебе не интересно узнать хоть что-нибудь обо мне? Я думал ты профессионалка, Алекса. А я привык иметь дело только с профессионалками…

– А ты сам то… профессионал? – Себастьян хмыкнул, чуть оголяя белые зубы, в то время как я поднялась со своего места. Все равно этот разговор ни к чему не приведет.

– Мечтаешь проверить? – он приблизился ко мне, так, что я ощутила запах терпкого геля для душа, вперемежку с дорогим парфюмом.

– Прости, но мне нравятся парни покрепче!.. – окинула его придирчивым взглядом. – Ты не в моем вкусе. Предпочитаю безбашенных бедбоев, нежели скучных гениев!

«Что я несу? Каких бедбоев?! Я же терпеть не могу мужиков, с интеллектом как у чайника!..» Но фантастически притягательному психопату, похитившему мою свободу, не обязательно об этом знать…

– Жаль. Я уже думал, провести для тебя урок умопомрачительного секса! Мастер-класс, так сказать… Пока я в хорошем расположении духа… – он хитро прищурился, обжигая заинтересованным взглядом.

– НИ ЗА ЧТО! – сморщила нос, и быстро развернувшись, гордо зашагала прочь, в сторону своей комнаты.